Туристическая Испания

13 апреля стало известно о победе республиканцев в Мадриде, Барселоне, Валенсии, Бильбао, Севилье и других городах, и толпы народа высыпали на улицы и площади с республиканскими флагами и возгласами: «Да здравствует республика!» В тот же день Революционный комитет, ободряемый успехами, выпустил манифест, полный уверенности в победе республики. Манифест кончался словами: «Мы публично объявляем, что будем действовать быстро и энергично с целью немедленного осуществления своей мечты — установления республики».

В этот же день в Мадриде уже распространялись усиленные слухи о кризисе правительства Аснара и о намерениях Альфонса XIII отречься от престола. И действительно, в это время происходило заседание совета министров, на котором Аснар сообщил королю о своей отставке. На следующий день, 14 апреля, в королевский дворец в Мадриде поступили сообщения о провозглашении республики в Эйбаре, Сан-Себастьяне и Барселоне. Вечером в пять часов под председательством короля произошло последнее заседание совета министров монархии. Ни король, ни. министры не были в состоянии изменить ход событий. Это была уже монархия без власти.

Революционный комитет официально еще не стоял у власти, но фактически уже правил. 14 апреля члены комитета и будущие республиканские министры назначили правительству монархии срок отставки. В тот же день на квартире доктора Мараньона произошла встреча Романонеса с Алькала Саыорой. Последний от имени Революционного комитета настаивал на отречении Альфонса XIII от престола и его выезде из страны. Граф Романонес по возвращении в королевский дворец посоветовал монарху немедленно покинуть страну. Это был правильный совет и самая большая услуга, которую опытный политический деятель Романонес мог оказать Альфонсу XIII. В той обстановке, которая сложилась в стране после выборов 12 апреля, сопротивление или даже промедление со стороны монарха было равносильно смерти. Король покинул Мадрид в восемь часов вечера, соблюдая самую строгую конспирацию. Он направился в Картахену, где его ожидал крейсер «Принц Астурии», чтобы взять курс на Марсель.

Бурбонская монархия пала. 14 апреля 1931 г. в Испании была провозглашена республика. Закончился период реставрации бурбонской монархии, длившийся более полувека — с 1874 г. Начинались годы второй Испанской республики.

14 февраля правительство Беренгера, признав свое бессилие, подало в отставку. Тогда Романонес и Камбо посоветовали королю поручить формирование нового правительства Санчесу Герре. Условия последнего были весьма жесткими. Он требовал участия в правительстве республиканцев и социалистов. Альфонс XIII согласился и на это. До чего же осмелел король! Молодым он правил, опираясь только на монархистов. В 1923 г. ему стала не страшна военщина и профашистская диктатура. А теперь, в 1931 г., накануне революции, он был готов на монархию с министрами-республиканцами и социал-демократами. Любопытная эволюция бурбонской монархии! Старый монархист Санчес Герра отправился в тюрьму за министрами для нового королевского правительства. Он предложил Алькала Саморе и его коллегам войти в правительство. Но они отказались.

Попытки Санчеса Герры сформировать коалиционное правительство из монархистов, буржуазных республиканцев и социалистов длились 4 дня — до 18 февраля, когда адмиралу Аснару по поручению короля удалось наконец разрешить правительственный кризис¹. Это было последнее правительство монархии. Наиболее влиятельными политическими фигурами в нем были граф Романонес — министр иностранных дел, X. Бентоса — министр финансов и генерал Д. Беренгер — военный министр. По существу это было не правительство Аснара, а правительство Романонеса. Последний, будучи сторонником проведения ряда мероприятий, направленных на расширение конституционных гарантий, заправлял всей политикой нового кабинета.

Новое правительство сразу объявило о проведении 12 апреля муниципальных выборов, и все политические партии дали свое согласие участвовать в них. Утром 12 апреля к урнам потянулись миллионы избирателей. Итоги голосования оказались ошеломляющими. Во всех городах Испании в выборах в муниципальные советы победил список республиканцев. За республику высказалось подавляющее большинство населения Испании. Победа в городах и промышленных центрах страны означала победу республики.

Правительство Беренгера, объявив 13 декабря осадное положение но всей стране, пыталось быстрыми действиями спасти .монархию и установить относительное спокойствие. Монархия на сей раз удержалась. Однако спокойствие в стране не было установлено. Расстрел Ф. Галана и Гарсиа Эрпандеса был воспринят повсюду как кровавое преступление монарха и правительства Беренгера. Сам Бсрепгер не захотел и слышать о помиловании молодых офицеров. Расстрел в Кампо-де-лос-Мартиресе произошел на рассвете. Но он означал закат бурбонской монархии.

Декабрьские события, несмотря на их провал, окончательно подорвали последние устои монархической Испании и укрепили позиции республиканского движения.

Теперь перед монархией остался лишь один путь — осторожное отступление. К этому приступил генерал Д. Бе-ренгер. Возможности для достижения этой цели были небольшие. Политическое перемирие в стране было невозможно. Компромисс монархии с республиканцами также был немыслим. Оставалось, пожалуй, одно: созыв кортесов— шаг рискованный, по представляющий солидную приманку для республиканской оппозиции.

7 февраля королевским декретом было объявлено о назначении на март всеобщих выборов депутатов в кортесы и членов сената. Часть монархистов встретила декрет весьма одобрительно. Но к удивлению правительства, даже эта уступка не удовлетворила большую часть монархистов и антимонархической оппозиции. «Конституционалисты» во главе с Санчесом Геррой, Мелькиаде-сом Альваресом заявили, что они согласны лишь на созыв учредительных кортесов, а не обычных, как предлагал Беренгер. Граф Романонес, Ф. Камбо и Сантьяго Альба предупреждали, что свое присутствие в будущих кортесах они используют для того, чтобы потребовать созыва учредительных кортесов. Резко отрицательное отношение к возрождению обычных кортесов заняли буржуазные республиканцы и ИСРП . В действительности это был всеобщий бойкот важнейших правительственных распоряжений. Выборы не могли состояться.

13 декабря в неравном бою с правительственными войсками отряды Галана были разбиты. Фермии Галан мог легко скрыться и бежать во Францию. Однако он этого не сделал. Галан не покинул товарищей и принял перед военным судом на себя всю ответственность за восстание в Хаке. В тот же день, 13 декабря, Фермин Галан и Анхел Гарсиа Эрнандес были приговорены военным трибуналом к расстрелу. 14 декабря в Кампо-де-лос-Мартиресе (Поле мучеников) они были расстреляны

В Мадриде весь переворот по существу свелся к мятежу военных летчиков аэродрома Куатро Вьентос во главе с Рамоном Франко, братом генерала Франсиско Франко. Они покружились над столицей и сбросили антимонархические прокламации. В тот же день, 15 де

кабря, мятеж летчиков был подавлен, и Рамон Франко перелетел в Португалию. В Аликанте и Эльче военные гарнизоны 16 декабря провозгласили республику. К этому в целом и свелись обещания военных выступить за республику. Генералы побоялись повести свои войска против монархии.

Расчеты буржуазных республиканцев потерпели крах. Гарнизоны главных городов молчали, и, поскольку все надежды были возложены на них, руководство ВСТ и ИСРП не решилось призвать массы к забастовке. В Мадриде рабочие оказались дезориентированы и дезорганизованы. То же самое произошло в Каталонии и Астурии. В отдельных местах — Бильбао, Ла Коруньс, Сантандере — и других городах произошли столкновения рабочих с полицией, которые ни к чему не привели, так как борьба их была разрозненной. Революционный комитет почти в полном составе легко попал в руки полиции и в наиболее нужный момент оказался в мадридской тюрьме. Там были все: Алькала Самора, М. Маура, Касарес Кирога, Ларго Кабальеро, Фернандо де лос Риос и Альваро де Альборнос. Ларго Кабальеро и Ф. де лос Риос сами явились с повинной в Комиссариат полиции 16 декабря, после того как в течение двух дней скрывались на тайных квартирах¹. Часть членов комитета— А. Леррус, М. Асанья и другие — сумела скрыться. И. Прието, как обычно, бежал во Францию: он не любил тюремные камеры.

Саи-Себастьянский пакт и временное правительство были призваны осуществить переход от монархии к республике сверху, прибегая к излюбленному в истории Испании методу политического заговора. С этой целью республиканцы, социалисты и часть генералов начали готовить переворот, назначенный на 28 октября. Рабочие массы при осуществлении переворота совершенно не принимались в расчет. Накануне 28 октября военный переворот был отложен на 12 декабря. Между тем в Мадриде в середине ноября уже раздавались выстрелы, были убитые и раненые. В столкновениях с полицией 14 ноября погибло четверо рабочих, а 69 было ранено². На следующий день буржуазная газета «Эль Соль» опубликовала сильно нашумевшую статью Хосе Ортега-и-Гассета «Монархия должна быть разрушена».

1 декабря был опубликован манифест Революционного комитета с призывом покончить с монархией. В это время все военные, участвующие в заговоре, были предупреждены о начале выступления 12 декабря. По-прежнему армия оставалась решающей силой переворота. Лишь было решено, что руководство ВСТ в случае необходимости призовет рабочих к объявлению всеобщей забастовки. С армией и буржуазными республиканцами была связана часть руководства НКТ Каталонии и Мадрида, обещавшая поддержать военное восстание. От маленькой группы руководителей зависело все: когда начать и как начать. Вот почему в последний момент дата переворота снова была перенесена с 12 на 15 декабря. Об этом, по-видимому, было сообщено всем, кроме военного гарнизона г. Хака (Уэска), в котором служили славные офицеры Фермин Галан и Анхел Гарсиа Эрнандес. Утром 12 декабря они возглавили военное восстание в Хаке и овладели городом. К ним присоединились отдельные группы рабочих и крестьян. В г. Хаке была провозглашена республика, а затем восставшие направились на взятие Уэски.

Присутствовали также известный юрист Сапчес Роман, крупный общественный деятель Эдуардо Ортега-и-Гас-сет (брат Хосе Ортега-и-Гассета) и социалист Прието, которые официально не представляли никаких партий.

На этой встрече республиканских лидеров был подписан Сан-Себастьянский пакт и образован так называемый Революционный комитет — руководящий орган борьбы за республик}. В него вошли те люди, которые подписали пакт и организовали совещание: Алькала Са-мора, М. Асанья, Касарес Кирога, И. Прието и X. Айгуа-дер -. Руководящая роль в нем принадлежала правым республиканцам. При всем своем умеренном содержании и даже консервативности Сап-Ссбастьянский пакт представлял собой известный шаг вперед в борьбе за республику. Это был пакт единства сил, выступавших против монархии. Правда, Сан-Себастьянский пакт еще более закрепил за буржуазными силами роль гегемона в революции. Однако главное состояло в том, что пакт вел Испанию к установлению республики. В этом были его суть и историческое значение.

В октябре 1930 г. Революционный комитет образовал временное республиканское правительство во главе с Алькала Саморой. Уверенность республиканцев в своей победе не имела пределов. Находясь в оппозиции, они уже стали министрами. Мигель Маура, касаясь пакта и временного правительства, в своей книге «Так пал Альфонс XIII» пишет: «Я никогда не участвовал в столь патриотическом и эффективном политическом событии за всю свою жизнь… Речь шла о подготовке подходящей почвы, на которую неизбежно должно было пасть тело нации, когда наступит час перемены режима»³. И дальше М. Маура подчеркивает, что «Сан-Себастьянский пакт и временное правительство спасли правящие круги от настоящей гибели, ибо в те часы они не располагали ни малейшей возможностью защиты»⁴. Комментируя значение этих событий, член ЦК компартии Испании Г. Ло-пес Раймундо отмечает: «Мы судим об исторической роли Сан-Себастьяпского пакта и о временном правительстве с других позиций, чем господин М. Маура. Но мы сходимся во мнении, что, осуществляя мирный переход от монархии к Республике, данный пакт и правительство оказали большую услугу не только республиканцам, но и монархистам и тем слоям, которые они представляли, как наиболее заинтересованным в том, чтобы избежать насилия».

Летом 1930 г. стачечная борьба испанского пролетариата охватила всю страну. Но особенно упорные забастовочные бои были в Севилье. Здесь во главе коммунистов стоял Хосе Диас. Коммунисты здесь действовали вместе с НКТ. 23 июня коммунисты и анархо-синдикалисты организовали мощную всеобщую забастовку, в которой приняло участие 40 тыс. рабочих. Сильным брожением и антимонархическими настроениями были охвачены Мадрид, Каталония и вся Астурия. Города приходили в лихорадочное возбуждение. Казалось, еще немного— и борьба трудящихся выйдет из мирных рамок и перерастет в мощную революционную лавину. Этого, естественно, боялись король и его министры, генералы и церковь, крупная буржуазия и помещики. Этого стало бояться и руководство антимонархической оппозиции.

Правящие классы были бессильны изменить ход революции. Но буржуазные республиканцы, державшие в своих руках главные нити открытой и тайной борьбы против монархии, могли сделать в этом отношении много. И вот 17 августа на фешенебельном курорте Сан-Себастьян собрались представители различных республиканских партий вместе с тремя социалистами. Здесь были «сливки» испанского республиканизма со всеми его оттенками. «Республиканский альянс» представляли истинный республиканец Мануэль Асанья и Леррус, «фальшивый республиканский лев», как его назвал А. Рамос Оливейра . От Радикально-социалистической партии были левые республиканцы Марселино Домипго и Альваро де Альборнос, а от Правой либеральной республиканской партии — крайне правые Алькала Самора и Мигель Маура. Всесторонне были представлены республиканские силы Каталонии: Хаймс Айгуадер — от «Каталонского государства», Мануэль Карасско-—от «Каталонского действия» и Матиас Мальоль — от «Республиканского действия Каталонии». Галисия была представлена умеренным республиканцем Касаресом Кирога   от Галисийской республиканской  федерации.

Открытая агитация и борьба за республику начались на городских улицах и площадях сразу же после падения диктатуры Примо де Ривера. Правительство Береигера отнеслось к бурной деятельности буржуазных республиканцев весьма снисходительно. Весь февраль 1930 г. был заполнен мощными выступлениями республиканских сил. Во всех крупных и мелких городах происходили многочисленные республиканские митинги. Ораторы излагали свое кредо. Массы знакомились с щедрыми обещаниями республиканских лидеров. Пропаганда идей республиканизма проходила бурно и с огромным шумом. Буржуазные газеты не успевали печатать речи и заявления республиканского руководства. Имена А. Лерруса, М. Асаньи, Алькала Саморы и других лидеров не сходили со страниц газет и журналов. Казалось, что они не оппозиция, а министры его величества. Общий той республиканских воззваний и манифестов всегда был уверенным и самонадеянным.

Первомайский праздник 1930 г. впервые после 1923 г. отмечался открыто. По улицам столицы прошли большие группы демонстрантов с пением «Гимна Риэго» и трехцветным республиканским флагом. Республиканское движение охватило все университетские центры страны. Студенчество и виднейшие ученые Испании быстро перешли от борьбы против диктатуры к борьбе против монархии, за республику.

В течение 1930 г. росла и борьба рабочего класса. Из месяца в месяц умножалось количество бастующих. Так, если с февраля до апреля 1930 г. бастовало 50 тыс. рабочих, то в мае — уже 60 тыс., в сентябре — 200 тыс., в октябре — 250 тыс., а в ноябре количество бастующих достигло уже 600 тыс.¹ Такого мощного забастовочного движения Испания не знала давно.

Компартия, несмотря на сектантские ошибки своего руководства, добилась в отдельных городах и провинциях известных успехов. Партийные ячейки выросли и окрепли, особенно в Севилье и Басконии. 23 августа

1930 г. вышел в свет первый номер еженедельника «Мундо Обреро» («Рабочий мир»). С 14 ноября 1931 г. газета «Мундо Обреро» стала ежедневным центральным органом Коммунистической партии Испании.

В 1923 г. испанская буржуазия встретила диктатуру Примо де Ривера как предвестницу социального спокойствия. В 1930 г. предвестницей мира и порядка была республика. Слово «республика» для большинства населения Испании было связано с надеждой на глубокие преобразования и будущий расцвет страны.

Рабочий класс надеялся, что республика удовлетворит его требования, в первую очередь требования широкого социального законодательства и серьезного повышения уровня жизни. Испанское крестьянство мечтало получить от республики землю, освободиться от феодальной арендной кабалы и улучшить свое экономическое положение. Национальные меньшинства Каталонии, Басконии и Галисии думали получить от республики долгожданные автономные права. Передовая испанская интеллигенция боролась за республику, видя в ней залог культурного процветания страны. Мелкие и средние слои буржуазии рассчитывали, что республика упрочит их неустойчивое экономическое положение.

Установлению республики содействовал мировой экономический кризис 1929—1933 гг. Он затронул все отрасли испанской промышленности: горнодобывающую, машиностроительную, химическую, текстильную и др. Падение производства вызвало огромный рост безработицы. Если в начале 1930 г. общее количество безработных в Испании достигало 200 тыс., то в октябре того же года оно возросло до 400 тыс., а в начале 1931 г.— до 500 тыс. человек. Тяжелые последствия экономического кризиса в огромной степени усилили революционное брожение в стране.

В главных городах экономическая борьба рабочих легко перерастала в политическую борьбу против существующего строя. «Республика,— пишет А. Рамос Оливейра,— зародилась во время военной диктатуры в городах и была озарена городами»Мадрид, Барселона  и другие города становились бастионами республики. Деревня, находившаяся под властью касикизма, помещиков и под духовным влиянием церкви, продолжала оставаться монархической.

В итоге руководящая роль в движении за республику оказалась в руках буржуазии. Вся политическая атмосфера в стране содействовала успехам буржуазных республиканцев.

Видную роль в борьбе за республику сыграла Каталония, где левые националисты шли к созданию своей партии. Эта партия — «Республиканская левая Каталонии» («Эскерра републикана де Каталуиья») — была образована в конце марта 1931 г. В нее вошли широкие слои средней и мелкой каталонской буржуазии, интеллигенции, государственных служащих, часть пролетариата и крестьянства. Ее лидером стал Ф. Масиа. «Каталонская эскерра», как обычно называли эту партию, быстро превратилась в решающую силу национального движения Каталонии.

Республиканский лагерь располагал широкой массовой основой, состоявшей из части буржуазии, передовой интеллигенции, рабочего класса и крестьянства. Ее ближайшей целью было установление республики. До диктатуры Примо де Ривера за республику выступали одни лишь республиканцы. Теперь к ним присоединилась часть бывших монархистов. Диктатура с ее политическими последствиями расширила общий антимонархический и республиканский фронт. Это был один из наиболее плачевных для бурбонской монархии итогов диктатуры Примо де Ривера. Конец диктатуры означал и конец монархии.